И волхвы, встряхнув поводьями, поехали прочь. Растерянная Катя смотрела им вслед. Внезапно Гаспар остановил коня.

— Постойте! — крикнул он.

Мельхиор и Валтасар обернулись.

— Господа мои, — сказал молодой волхв, — сердце не велит мне оставлять девочку одну. У неё ещё мало мудрости, господин мой Мельхиор. Сможет ли она идти, как мы, руководствуясь одной только верой? Она испугана и растеряна, и подобные Фокуснику могут причинить ей зло. Я провожу её.

— Брат мой Гаспар… — начал было Валтасар.

— Я не могу удерживать вас, господа мои. Не теряйте ни минуты, спешите за звездой. Если судьба ко мне благосклонна, я догоню вас. Если же не догоню, значит, я недостоин видеть Царя Царей.

Мельхиор и Валтасар обменялись взглядами, поклонились Гаспару и исчезли в разноцветной дымке леса.

Гаспар подал Кате руку, поднял её и усадил на лошадь впереди себя. Она ужасно боялась, что он передумает и оставит её, и не смела с ним заговорить. Молчал и волхв. Лошадка рысью бежала вниз по склону. Наконец Катя осмелела и спросила:

— Что мне делать, если Фокусник снова захочет меня заколдовать? У него ведь волшебная палочка!

— Она была дана ему, — ответил Гаспар — чтобы нести в ваш мир радость и веселье нашего мира. Плохо же он ею воспользовался! А всё, что сделано плохо, непременно исчезнет сегодня. Владыка Мельхиор прав — эта ночь всё исправит и поставит на свои места.

— Разве всё-всё можно исправить? — спросила Катя, думая о разбитом ангеле.

— Рождение Царя исправляет всё, — твёрдо сказал Гаспар. — Если бы не это, наша жизнь не имела бы смысла. Если бы не это, мы не шли бы за неизвестной звездой.

— Вы можете двигаться по ёлке, — тихо сказала Катя. — Почему же вы не приближаетесь к звезде?